- Сижу я недавно у себя в Дол Гулдуре, а тут вламываются два каких-то бездельника, от которых так и несёт перегаром. Ну, я одному треснул посохом по башке, другому дал в ухо - не замай, дескать, майар, скотина! А они, твари, меня отдубасили и спустили с лестницы, да ещё говорят: "Вали к себе в Мордор, Сауронова твоя морда!" Жаль, что я их физиономии гнусные не рассмотрел. Темно было. Но я на них отметины оставил, узнаю при встрече.

При этих словах, Гэндальф покраснел и натянул свою кепочку на лиловую шишку.

- А что потом? - хором спросили орки, хоть добродушные, но всё же охочие до драк.

- А что потом? Не в Мордор же мне, в самом деле идти, далеко, да и назгулы там шалят. Пошёл Лихолесьем к королю Трандуилу... так, кажется? А оттуда сел на орла и прилетел сюда, вместе с эльфом... Как бишь его? Ну, внебрачный сын Трандуила... Да пусть он сам скажет...

Маг обернулся к орлу. На спине орла было пусто.

- Хм, странно, - задумался Радагаст. - Я точно помню, что садились мы вместе. По пути, правда, выпили малость... Может, он по дороге сошёл?

- Надеюсь, у него был парашют, - понадеялся Гэндальф.

К тому времени, веселье достигло разгара. Бильбо с Арагорном сочиняли стихи и тут же насильно читали их Глорфиндейлу, что причиняло последнему неимоверные страдания. Орки пели что-то вроде "Элберет твою, Гилтониэль...", безбожно при этом перевирая слова, не говоря уже о музыке, и мечтали о победе Светлых Сил.

Хоббит расчёсывал золотым гребешком шерсть на ногах (и не только), не забывая при этом прикладываться к бутылке.

Радагаст, и так уже хороший, надрался в дым, узрел на светлом челе Гэндальфа свою отметину и полез драться. Два бородатых старика, пыхтя, шмаляли друг друга посохами, ругаясь трёхэтажными заклинаниями. Орки, добрейшей души существа, хором кричали: "Ребята, давайте жить дружно!" - и делали ставки на дерущихся.

Бильбо поставил на Гэндальфа Кольцо против меча Арагорна. Но не успели они разбить руки, как заявился Саруман.